| Любуемся мы, Как цветы озаряет рассвет. И все же грустим: Наступает разлука опять. Здесь вместе с тобою Немало мы прожили лет, Но в разные стороны Нам суждено уезжать. Скитаясь в ущельях, Услышишь ты крик обезьян, Я стану в горах Любоваться весенней луной. Так выпьем по чарке Ты молод, мой друг, и не пьян: Не зря я сравнил тебя С вечнозеленой сосной. |
 |
Ли Бо
Хороший текст. Питерскому поэту следует писать газели ))
Аладдин или Саладдин, или чей-то раб,
я не помню. Признаться, это не так и важно.
Я не помню имя отца его и лакаб.
Человек — это устремления. Это жажда.
Он призвал меня из огнива, которым жгут ваши белые палочки, чтобы вдыхать отраву.Из одежды имел сукно, полотно и джут, и халат его застёгивался направо.
Я сказал ему, что я правоверный джинн. Он спросил меня — а может быть, всё же виски? Поминал какой-то выдуманный кувшин.
Словом, вёл себя как Лоуренс Аравийский. Он сказал, что видел Ганзу, Каир и Синд, и бывал в Медине, будь счастлив её правитель, а теперь он здесь, и сабля его висит над судьбой неверных, как солнце висит в зените.
دِيرْ الْخَيْرْ فِي أَهْلُهْ وَ فِي غَيْرْ أَهْلُهْ بَاشْ تْصِيب أَهْلُهْ
"Слушай первое желание", — он сказал: "Я хочу, чтоб всё давали нам не торгуясь, как себе, но не глядели глаза в глаза". Я сказал, куайес, слушаю и повинуюсь.
"И второе: пускай ко племени моему остаётся путь уважения или страха, а иного — не позволяется никому".
Я кивнул — и мир сменился в глазах Аллаха.
Он кружился, как суфий, знающий мастерство оборота, ифрит, кующий султаны пыли - и сказал, что третье желание таково: я хочу, сказал он мне, чтобы все забыли: чтобы все забыли, кто мы, и что мы есть, и забыли наших шаиров и Сулеймана, и Высокую Порту, - а помнили только месть; и Ходжу Насреддина - а помнили только раны. И пускай восток багрянится, как будто прут - видит Бог, не мы виновны в его замахе!
Я решил начать с хозяина этот труд, и его забыли в пустыне друзья-казахи.
شَرُّ الْمُلُوكِ مَنْ خَافَهُ الْبَرِئُ.
Ныне ночь вокруг потягивается, как лев,
и луна полна, как будто кувшин с набизом,
и сияет вдали какой-то забытый хлев,
бедуина профиль вышит на небе сизом,
и пески, и звёзды дышат, как тёмный зал,
— между ними запах роз и узоры терний.
...Ты истратил желание, чтобы я рассказал.
Каково твоё последнее, правоверный?
Арчет
Интересно. Я никогда не слышал об этом свойстве веера.
Если перевести дословно эту чаньскую фразу, то это значит "не колыхаться от ветров с восьми сторон". Есть ещё «буддийский», не дословный перевод, примерно такой:
«не вестись на 8 внешних влияний".
Эти влияния делятся на 四顺 четыре приятности и 四逆 четыре неприятности
利 выгода при выигрыше
衰 потеря при проигрыше
毁 клевета когда наговаривают за спиной
誉 слава когда хвалят за глаза
称 почет- самодовольство от похвалы в лицо
讥 насмешка, когда высмеивают открыто
苦 горечь (что то пошло не так...)
乐 удовольствие